Реклама



Рефераты по философии

Философские взгляды Больцмана в свете полемики по проблемам физики кон. ХIХ – нач. ХХ веков

(страница 2)

В дальнейшем в классической физике оформился широкий спектр возможных решений проблемы отношения между наблюдением и теорией: от категорического требования соответствия всех элементов теории восприятия до совсем умеренного требования проверяемости следствий теории. Вот что о теории говорил Больцман: “Я не был бы настоящим теоретиком, если бы в первую очередь не задал себе вопроса: что такое теория?” И далее: “Профану прежде всего бросается в глаза, что теория мало понятна и окружена кучей формул, говорящих недоступным непосвященному языком. Однако эти фор­мулы не являются се существом, и истинный теоретик старается сократить их число до минимума: все, что только можно выразить словами, он и ста­рается сказать словами, тогда как именно в книгах для практиков формулы фигурируют слишком часто исключительно для украшения. . Я придерживаюсь того мнения, что задача теории заключается в построении существующего только внутри нас изображения внешнего мира, которое должно служить путеводной звездой во всех наших мыслях и экспериментах, т. е. некоторым образом в совершенствовании процесса мышления, в осуществле­нии в больших масштабах того, что в малых масштабах происходит в нас в процессе образования каждого представления”.

Особого внимания в этом споре заслуживают две позиции позиция энергетической школы и атомизма, которые окончательно сформировались к концу минувшего века. Приверженцы атомизма, начиная с Л.Больцмана, отстаивали необходимость гипотезы и считали, что наблюдаемость надо сводить к прове проверяемости следствий теории. С разных точек зрения подвергали критике творения Больцмана Мах и немецкий физико-химимк В.Оствальд. Убежденный идеалист, Мах отрицал объективное существование материи, считая, что материя – это комплекс ощущений, а задачей науки является только их описание. Гипотезу существования атомов он считал неверной, т.к. она противоречила выдвинутому им принципу “экономии мышления”. На все доводы в пользу существования атомов он обычно отвечал: “А Вы видели хотя бы один атом?”

На это Больцман отвечал: “Образовались группы ученых, отбрасывающих все выводы, выходящие за пределы непосредственно осязаемого, и поэтому не признающих теорию газов. Так как наши понятия и представления находятся только внутри нас, то говорили, что и наши представления об атомах не существуют вне нас. Поэтому атомов якобы нет, и учение об атомах ложно. <…>. Что такие чрезвычайно маленькие тельца существуют, и что их совокупное действие образует тела, воспринимаемые органами чувств, является, конечно, только гипотезой. Совершенно точно такой же гипотезой представляется допущение, что, кроме меня, существуют другие люди, чувствующие радость и боль, что существуют также растения, животные, минералы”.

Г.Герц скептически относился к атомизму, но вместе с тем был противником феноменологизма, так как допускал, что видимость, данная в ощущениях, имеет другие, скрытые факторы, которые обусловливают движение материи. Больцман же решительно отстаивал атомистическую гипотезу. В одной из своих популярных лекций он говорил: “… Быть может, гипотеза, что звезды являются только светящимися искрами, еще лучше будет объяснять небесные явления, чем наша современная астрономия. Может быть, но маловероятно. Может быть, атомистическая гипотеза будет вытеснена какой-либо другой гипотезой. Может быть, но маловероятно”.

В самом общем плане Больцман прав в том, что, действительно, все существующее вне сознания есть та же самая гипотеза, поскольку объективная материя предстает в сознании с помощью мышления, а не непосредственно. В этом смысле любое наблюдение не является непосредственным, и неизбежно связано с гипотезой о том, что объективная материя существует вне сознания. Но рассматриваемая с материалистических позиций, вся человеческая практика подтверждает правильность этой гипотезы, которая воплощается в фундаментальной физической теории.

В русле радикального энергетизма, развиваемого В.Оствальдом и другими его единомышленниками, отстаивалась идея, что критерием реальности какого-либо элемента является его измеримость. Он утверждал, что основным понытием физики должно быть поняти энергии, а основным законм природы – закон сохранения энергии. Второе начало термодинамики имеет значение как закон, указывающий направление течения процессов. Из этих законов, утверждал другой видный представитель энергетизма – немецкий ученый Г.Гельм, следует вывести все остальные. Оствальд решительно отрицал существование материи и со своей стороны решительно поддерживал учение Маха. Энергетическая картина мира требовала только создания “концентрированных фактов” без каких-либо гипотез. Программа энергетизма отрицала атомизм, так как само существование атомов “было гипотетичным: они не могли быть непосредственно наблюдаемыми”. Но эта программа оказалась несостоятельной. Даже такие видные представители энергетизма, как, например, П.Дюгем, вынуждены были согласиться с тем, что нет “голых” наблюдательных данных и некоторые гипотетические элементы всегда неизбежны.

Сторонниками атомистического учения в физике были Клаузиус, Макс­велл и венские коллеги Больцмана Стефан и Лошмидт, впервые вычислив­шие величину атомов. Но именно Больцман больше всего сделал для ут­верждения атомистики. В 1897 г. он закончил свою научную статью сло­вами: “Я думаю, что могу уверенно сказать о молекулах: а все-таки они движутся!”

Больцман, проводя определенную аналогию между гипотезой о звездах и гипотезой об атомах, признавал за гипотезой ведущую роль в научном познании. Он подчеркивал важную роль и значение гипотез в физическом знани: “…Без них физика немыслима, феноменология непреодолима, а один эксперимент при всем его решающим значении науки не достаточен для прогнозирования”. В то же время ему был чужд узкий догматизм. Выступая против махизма, он восклицает: ”Прочь с любой догматикой, как в атомистическом, так и в антиатомистическом смысле!”. В настоящее время нам трудно понять, каким образом в XIX, тем более в XX столетии, наряду с допущением атомов в химии, могли уживаться отрицание их в физике. Ведь еще Джон Дальтон в первые годы XIX столе­тия помог утвердиться атомной теории в химии. На основе атомистики Менделеев построил свою периодическую систему элементов. Целые поколе­ния химиков писали для молекул атомистические химические формулы, в то время как в физике главенствовало отрицание атомов. По-видимому, это объяснялось тем, что еще в период промышленной революции от химиков требовалось рациональное объяснения процессов, происходящих в сернокислотном, содовом и сахарном производстве, а также в доменных печах. Отрицание атомистики должно было привести к непониманию хи­мических процессов и тем самым к материальным убыткам. Связь между физикой и промышленностью долгое время была значительно менее тесной, вследствие чего враждебные атомистике течения в физике смогли удержаться дольше.

Больцман пришел к философии как физик. В этом заключается одна из причин особой ценности четко сформулированных взглядов Больцмана для его современников и для будущих поколений. Он рассматривал философские учения с точки зрения ученого, ведущего теоретическую или экспериментальную работу. Философские теории, по убеждению Больцмана, должны быть подтверждены практикой.

Вместо распространенной точки зрения, что не существует ничего реального, кроме данного чувственного восприятия индивидуального человека, Больцман указывает, что этот взгляд, будучи проведен последовательно, ведет к “старому заблуждению”, к “причудам” солипсизма. “Имя Беркли принадлежит весьма уважаемому английскому философу, которому даже приписывается изобретение самой большой глупости, измышленной когда-либо человеческим умом, философского идеализма, отрицающего существование материального мира”, пишет он в университет имени Беркли в Калифорнии.

Больцман признает себя сторонником “реализма”. “Идеалист сравнивает утверждение, что материя существует наравне с нашими ощущениями, с мнением ребенка, что побитый камень ощущает боль; реалист сравнивает утверждение, что невозможно себе представить, как психическое может быть изображено материальным и даже игрой атомов, с мнением необразованного человека, утверждающего, что солнце не может находиться на расстоянии 20 миллионов миль от земли, так как он не может себе этого представить. Как идеология является картиной Вселенной лишь для одного человека, а не для всего человечества, так, если мы распространим наши рассуждения также на животный мир и даже Вселен­ную, способ выражения реализма представляется мне более целесообразным, чем способ выражения идеализма”.

123

Название: Философские взгляды Больцмана в свете полемики по проблемам физики кон. ХIХ – нач. ХХ веков
Дата: 2007-05-31
Просмотрено 6006 раз