Реклама



Рефераты по философии

Божественный Кузанец

(страница 2)

«Машина мира имеет, так сказать, свой центр повсюду, — писал он, — а свою окружность нигде, потому что Бог есть окружность и центр, так как он везде и нигде»f. Утверждая, что у Вселенной нет границ, что она бесконечна, Николай Кузанский тем самым ставил под сомнение убеждение христианской космологии относительно ее иерархической структуры.

Хотя божественный абсолют и составляет нечто совершенно особое, он, по мнению Кузанца, отнюдь не безразличен к миру вещей, явлений и существ — этот мир представляет собою не разрозненность и внешнюю совокупность единичностей, нет, он целостность «Бог — единственная простейшая основа всей Вселенной»g, он вносит единство в пестрое многообразие ее. А целостность предполагает взаимную детерминированность всего и вся в ней. И вновь сквозит пантеизм с принципом «всемирной симпатии». Философ подчеркивал, что целое «находится непосредственно в любом члене через любой член, как целое находится в своих частях в любой части через любую часть»h. Но в основе всего этого лежит «душа мира», которая «целиком находится в целом мире в каждой части его»i. Однако самое существенное состоит в том, что именно целое определяет направление движения составляющих его частей ибо «всякое движение части направляется к целому, как совершенству»j.

4. Второй Бог.

Соблазны пантеизма влекли Николая Кузанского дальше: «Так как Бог есть все, он также и ничто», «он везде и нигде». Как видим Богу одновременно приписывались свойства бытия и небытия. Равным, согласно Кузанцу, мир, все существующее состоит из противоположностей — единство противоположностей и представляет собой божественное существо: как вмещающее весь мир, оно — абсолютный максимум, а как находящееся в любом, даже в самом ничтожном предмете — абсолютный минимум.

В свете сказанного и человека, трактуемого как часть природы, Николай Кузанский именует «конечно-бесконечным»: он конечен как земное телесное существо и бесконечен как духовное (божественное). «Человеческая природа .— писал он, — стягивает в себе всю Вселенную: она есть микрокосм, малый - мир как называли ее с полным основанием древние. Она такова, что в . человечестве все возведено в высшую степень». А коль так, то в человеке заключены те же характеристики, что и в макрокосме, и, значит, он не только конечное, но и бесконечное существо, а и единое, и многое, и целое, состоящее из части, и единое, состоящее из противоположностей. Xpистос, согласно Кузанцу, — максимальный человек, но тог­да и человек — «второй Бог», «человеческий Бог». Вторым Богом философ называет человека потому, что, «как Бог есть творец реальных вещей и естест­венных форм, так и человек — творец логического бытия и искусственных форм». «Как Бог разверты­вает из себя все многообразное богатство природных вещей, так и человеческий ум развертывает понятия, свернутые в нем»k.

Эти слова — непосредственное выражение гума­нистических настроений новой восходящей эпохи. В них вера в безграничные возможности человека, в его творческие способности и всестороннюю активность, В известной мере в них и уверенность в себе самого Кузанца, обладавшего независимостью мышления, смелостью суждений, философской мудростью и про­ницательностью взгляда, способного заглянуть за го­ризонт. Не зря спустя сто лет самоотверженно дерз­кий и титанически умный Джордано Бруно, испытав­ший на себе силу влияния его идей, назовет его «божественным».

Познаваемость мира на фоне непознаваемости Бога – Часть II

1.Мир – бесконечен.

Критика со стороны ортодоксального богослова насторожила Николая Кузанского («Мне сегодня попалась книжонка одного не только невежественного, но и наглого человека, называющего себя магистром теологии» — писал он), и впредь он высказывался осторожнее. К тому же и кардинальское положение его обязывало. В «Апологии ученого незнания» (1449) он постарался ответить на предъявленные ему обвинения, доказывая согласованность своих суждений с мнениями церковных авторитетов, хотя за пристойной формой этого и последующих его сочинений нельзя не разглядеть все той же линии («Что Бог во всем и все в нем — известно из апостола Павла и всех мудрецов. Но этим никто не утверждает сложности в Боге, так как все в Боге — Бог: земля в Боге не земля, но Бог и так далее. Этот человек совершенно ничего не понимает, раз делает вывод о несовместимости этого с простотой Бога. Как с простотой единства согласуется то, что в нем свернуто пребывает всякое число, так с простотой основания — все обоснованное»).

В концепции человека, выдвинутой им, было не только воспроизведение диалектики всеобщего (бога и миpa), но и нечто новое — диалектика познания как естественной человеческой способности, реализуемой посредством чувства, воображения, рассудка и разума. Его идеи предвосхищали будущую полемику филосософов относительно метафизического образа мыслей и утверждения диалектического способа мышления.

Убежденный в том, что мир бесконечен, Николай и приходит к выводу, что процесс познания бесконечное совершенствование человеческих знаний. Познающий ум — это сложная система способностей. В платоновско-аристотелевской традиции они уже были зафиксированы и хорошо известны схоластике, но Кузанец дает не только глубокую характеристику каждой из них, а и рассматривает их в единстве, во взаимодействии друг с другом. Это очень важно: только взаимодействие всех познаваемых сил ведет к успеху, к истине.

В ту пору возрастал интерес к чувственно-эмпирическому познанию, и философ особое внимание уделяет чувствам, ибо «сила ума . не может перейти к своим функциям, если не получит возбуждения . при посредстве чувственных представлений». Однако чувственное познание дает лишь частное знание, добытые им знания должен упорядочить рассудок, без которого невозможна и деятельность чувств. В свою очередь, «в рассудке нет ничего, чего раньше не существовало в ощущении». «Поскольку Бог вне всяких рациональных определений, то он недоступен познающему рассудку, но зато последнему открыт весь материальный мир, в отношении которого рас судок способен реализовать себя в полную силу, особенно с помощью математики, наиболее достоверной как считал Кузанец, из всех наук, ибо число — первообраз всех понятий нашего ума, а без него невозможно ничего ни понять, ни создать»l. Он был убежден, что в основе всех явлений природы лежат математические отношения, и на каждом шагу стремился пояснять свои рассуждения математическими примерами.

2. Пояснение своих суждений.

Согласно ему, высшей познавательной способностью является разум, чья деятельность, в отличие от рассудка, полностью отделена от чувств. Рассудок лишь преддверие разума, это лишь ограниченная сила ума, не выходящая за пределы сравнивание вещей, и ему недоступна актуальная бесконечность то есть Бог. Последнее — исключительный предмет разума, хотя и для него «сущность вещей, которая есть истина бытия, непостижима в своей чистоте» Непостижим, по Кузанпу, и сам разум, который в его учении представляет собой мистическую интуицию.

Под влиянием неоплатонических идей он рассматривал разум в качестве божественной космической силы.

Но что так важно: именно разум как высшая теоретическая способность человеческого духа, мыслящая бесконечное, служит, по Кузанцу, средоточием, органом диалектического мышления (то есть мышления противоположностями, усматривая не только их различие, но и тождество, не только противостояние, а и единство). Рассудок, лишение бесконечной силы разума, заявлял философ, «спотыкается», «не может связать противоречия, разделенные бесконечностью». И он критикует схоластических последователей Аристотеля за то, что они придерживаются лишь «утвердительного метода», мыс­лят конечными понятиями, застывшими категория­ми, — их рассудочному уму непостижимо «совпаде­ние противоположностей» (в частности, таких, как Бог и человек, Вселенная и земной мир, субъект и объект). Постижение же такого совпадения, согласно Николаю Кузанскому, — дело интуитивной, мисти­ческой стороны человеческого разума (ею, разумеет­ся, не исчерпывалось его содержание), в нем-то и достигается «обожествление» человека.

123

Название: Божественный Кузанец
Дата: 2007-06-10
Просмотрено 5336 раз