Реклама





Книги по философии

Георг Вильгельм Фридрих Гегель
Феноменология духа

(страница 4)

Закон, который ближайшим образом есть отношение всеобщих, пребывающих определений, имеет свою необходимость в себе самом, поскольку его различие есть внутреннее различие; любое из его определений, не будучи внешне отличным от другого, само непосредственно содержится в другом. Но внутреннее различие оказывается таким образом, как раз тем, что оно есть поистине, то есть различием в самом себе, или различием, которое не есть различие. В этом определении формы вообще сознание в себе, содержащее как таковое самостоятельность противоречащих друг другу субъекта и объекта, исчезло; "я" в качестве высказывающего суждения имеет предмет, который от него не отличен, - самого себя, - самосознание.

Прибавление. То, что в предшествующих параграфах было сказано о внутреннем различии, составляющем сущность закона, - именно что это различие есть различие, которое собственно не есть различие, - в такой же мере справедливо и для различия, существующего в предметном для самого себя "я". Как закон не есть нечто различенное только в отношении чего-то другого, но нечто различенное в самом себе, нечто в своем различии тождественное с собой, так то же самое справедливо и относительно "я", знающего самого себя, имеющего своим предметом самого себя. Поскольку поэтому сознание как рассудок имеет знание о законах, поскольку оно находится в отношении к некоторому предмету, в котором "я" вновь находит противообраз своей собственной самости и тем самым обнаруживает непосредственную тенденцию развиться до самосознания как такового. Так как, однако, чистое рассудочное сознание не поднимается еще до того, чтобы понять имеющееся в законе единство различенных определений, то есть из одного из этих определений диалектически развить ему противоположное, то это единство остается еще для сознания, о котором здесь идет речь, чем-то мертвым, следовательно, с деятельностью "я" не согласующимся. В живом существе, напротив, сознание созерцает процесс самого полагания и снятия различенных определений, воспринимает, что различие не есть различие, то есть, что оно не есть различие абсолютно прочное. Ибо жизнь есть то внутреннее, которое не остается только абстрактно-внутренним, но всецело переходит в свое обнаружение; оно есть то, через отрицание непосредственного, внешнего получающееся опосредствованное, которое само это опосредствование снимает до непосредственности, - чувственное, внешнее и в то же время безусловно внутреннее существование, - материальное, в котором внеположность частей оказывается снятой, а единичное - низведенным до чего-то идеального, до момента, до звена в целом. Коротко говоря, жизнь должна быть понята как самоцель, как цель, которая в себе самой имеет свое средство, как тотальность, в которой каждое звено, отличное от другого, есть одновременно и цель, и средство. На основе сознания этого диалектического, этого живого единства различенного воспламеняется поэтому самосознание - сознание для себя самого предметного, следовательно, в себе самом различенного простого идеального - знание об истине природного, о "я".

b) Самосознание.

В§424

Истина сознания есть самосознания есть самосознание, и это последнее есть основание сознания, так что в существовании всякое сознание другого предмета есть самосознание. Я знаю о предмете, что он мой (он мое представление), поэтому в знании о нем я имею знание о себе. Выражение самосознания есть "я" = "я" - абстрактная свобода, чистая идеальность. В таком виде самосознание не имеет реальности; ибо оно само, будучи своим предметом, в то же время и не есть таковой предмет, ибо не существует никакого различия между этим предметом и им самим.

Прибавление. В выражении "я" = "я" высказан принцип абсолютного разума и свободы. Свобода и разум состоят в том, что я возвышаюсь до формы "я" = "я", что я все познаю как принадлежащее мне, как "я", что каждый объект я постигаю как звено в системе того, что есть я сам, - коротко говоря, что в одном и том же сознании я имею и "я", и мир, в мире снова нахожу себя и, наоборот, в моем сознании имею то, что есть, что имеет объективность. Это единство "я" и объекта, образующее принцип духа, существует, однако, первоначально только абстрактным образом в непосредственном самосознании и познается только нами, рассматривающими, но еще не самим самосознанием. Непосредственное самосознание еще не имеет своим предметом "я" = "я", а только "я", - оно поэтому свободно только для нас, а не для самого себя, - оно еще не знает о своей свободе и содержит в себе только ее основу, но еще не знает о своей свободе и содержит в себе только ее основу, но еще не подлинно действительную свободу.

Абстрактное самосознание есть первое отрицание сознания, поэтому оно еще обременено внешним объектом, формально говоря, своим отрицанием. Тем самым оно одновременно есть и предшествующая ступень, сознание, и является противоречием себе как самосознание и себе же в качестве сознания. Поскольку это последнее и отрицание вообще в "я" = "я" в себе уже снято, постольку оно, как достоверность в себе самом по отношению к объекту, есть влечение полагать то, что оно есть в себе, другими словами, сообщать абстрактному знанию о себе содержание и объективность и, наоборот, себя освобождать от своей чувственности, снимать данную объективность и полагать ее тождественной с собой; и то, и другое есть одно и то же - отождествление своего сознания и самосознания.

Прибавление. Недостаток абстрактного самосознания состоит в том, что это абстрактное самосознание и сознание в отношении друг друга представляют собой еще две разные вещи, что они еще не уравняли взаимно друг друга. В сознании мы видим громадное различие "я" - этого совершенно простого, с одной стороны, и бесконечного многообразия мира - с другой. Эта здесь еще не достигающая действительного опосредствования противоположность "я" и мира составляет конечность сознания. Напротив, самосознание имеет свою конечность в своем еще совершенно абстрактном тождестве с самим собой. В "я" = "я" непосредственного самосознания имеется налицо только долженствующее быть, но еще не положенное, еще не действительное различие.

Этот разлад между самосознанием и сознанием и образует внутреннее противоречие самосознания с самим собой, ибо самосознание есть в то же время и ближайшая предшествующая ему ступень - сознание, следовательно, противоположность самому себе. В самом деле, так как абстрактное самосознание есть только первое, следовательно, еще только условное отрицание непосредственности сознания, а еще не абсолютная отрицательность, то есть отрицание только что упомянутого отрицания, образующее бесконечное утверждение, - то и само оно имеет еще форму чего-то сущего, непосредственного, чего-то - вопреки или скорее как раз благодаря своей чуждой всяких различий внутренней природе - еще заполненного внешностью; оно содержит поэтому отрицание не только в себе, но и вне себя, как внешний объект, или "не-я", - и именно вследствие этого есть сознание.

Отмеченное здесь противоречие должно быть разрешено, и это происходит таким образом, что самосознание, которое имеет своим предметом себя как сознание, как "я", развивает простую идеальность "я" до реального различия и тем самым, снимая свою одностороннюю субъективность, дает себе объективность - процесс, тождественный с противоположным процессом, посредством которого объект также субъективно полагается "я", погружается во внутреннее самости, и таким образом уничтожается существующая в сознании зависимость "я" от внешней реальности. Так самосознание достигает того, что имеет сознание не наряду с собой, не внешнее только с ним связано, но действительно пронизывает его собой и в качестве растворенного содержит его в самом себе.

Чтобы достигнуть этой цели, самосознание должно пройти три ступени развития.

1. Первая из этих ступеней раскрывает перед нами непосредственное, просто с самим собой тождественное и в то же время - в противоречии с этим - отнесенное к внешнему объекту единичное самосознание. Будучи так определенно, самосознание есть достоверное знание о себе самом как о сущем, в сопоставлении с которым предмет обладает определением только чего-то мнимо самостоятельного, в действительности же ничтожного, - оно есть вожделеющее самосознание.

2. На второй ступени объективное "я" получает определение другого "я", и таким образом возникает отношение одного самосознания к другому самосознанию, а между ними обоими возникает процесс признания. Здесь самосознание не есть уже более единичное самосознание, но в нем начинает осуществляться единение единичности и всеобщности.

3. Поскольку далее снимается инобытие противопоставленных друг другу самостей, и эти самости в своей самостоятельности все же делаются тождественными друг с другом, - постольку выступает третья из названных ступеней - всеобщее самосознание.

). Вожделение.

В§426

Самосознание в своей непосредственности есть нечто единичное и вожделение - противоречие его абстракции, которая должна быть объективной, или его непосредственности, которая имеет вид внешнего объекта и должна быть субъективной. По отношению к достоверности самого себя, возникшей из снятия сознания, объект должен быть определен как нечто ничтожное, а в отношении самосознании к объекту как столь же ничтожная должна быть определена абстрактная идеальность самосознания.

Прибавление. Вожделение есть та форма, в которой самосознание проявляется на первой ступени своего развития. Вожделение здесь, во второй, главной части учения о субъективном духе, еще не имеет никакого дальнейшего определения, кроме определения его как влечения, поскольку это последнее, не получив еще определения со стороны мышления, направлено на внешний объект, в котором оно ищет своего удовлетворения. Но что определенное таким образом влечение существует в самосознании, - необходимость этого заключается в том, что самосознание есть вместе с тем и ближайшая предшествующая ему ступень, именно сознание, и что оно знает об этом внутреннем противоречии. Где нечто, тождественное с самим собой носит в себе противоречие и проникнуто чувством своего в себе сущего тождества с самим собой, равно как и противоположным чувством своего внутреннего противоречия, - там с необходимостью выступает влечение снять это противоречие. Неживое не имеет никакого влечения, потому что оно не в состоянии перенести противоречия и погибает, если нечто, по отношению к нему другое, в него проникает. Напротив, все одушевленное и дух необходимо имеют влечение, так как ни душа, ни дух не могут существовать, не имея в себе противоречия, не чувствуя или не зная его. Но в непосредственном и потому природном, единичном, исключающем самосознании противоречие, как было уже указано выше, имеет ту форму, что самосознание, - понятие которого состоит в тои, чтобы выражать отношение к самому себе, быть "я" = "я", - имеет в то же время отношение еще к некоторому непосредственному, положенному не идеально другому, к внешнему объекту, к "не-я", и есть нечто для самого себя внешнее, ибо оно, - хотя в себе и есть тотальность, единство субъективного и объективного, - ближайшим образом существует, однако, как нечто одностороннее, как только субъективное, лишь через удовлетворение вожделения достигающее того, чтобы быть в себе и для себя тотальностью. Несмотря, однако, на это внутреннее противоречие, самосознание продолжает оставаться абсолютно уверенным в себе, ибо оно знает, что непосредственный внешний объект не обладает никакой истинной реальностью, а есть скорее по отношению к субъекту нечто ничтожное, лишь мнимо самостоятельное, в действительности же такое же, что не заслуживает и не может существовать самостоятельно, но должно погибнуть под действием реальной мощи субъекта.

Название книги: Феноменология духа
Автор: Георг Вильгельм Фридрих Гегель
Просмотрено 10626 раз

1234567