Реклама





Рефераты по философии

Бердяев: проблема человека, его назначения, оправдания его творчеством

(страница 2)

Политическая позиция Бердяева в кругах русской эмиграции оценивалась как “левая”. Протестуя против сталинского тоталитаризма, он все же не считал Октябрь актом большевистского захвата власти, а видел его корни в исторической судьбе народа и полагал, что коммунизм олицетворяет требование социальной правды, которой пренебрегло историческое христианство. Вместе с тем философ однозначно отрицательно оценивал капиталистическую эксплуатацию, буржуазные политические институты и духовное оскудение человека в современной культуре.

Во Франции Бердяев был знаком с выдающимися представителями французской литературы и философии 20 века - с Ж. Маритеном, Г. Марселем, Э. Мунье, А. Жидом, Р. Ролланом, А. Мальро. При его участии было принято решение об издании широко известного персоналистского журнала “Esprit”, первый номер которого открывался статьей русского философа.

С начала 30 годов в философской эволюции Бердяева наметился новый качественный сдвиг. В работе “О назначении человека. Опыт парадоксальной этики” (1931г.) и далее в книге “Я и мир объектов. Опыт философии одиночества и общения” (1934) акцент переносится с двуединого Богочеловечества как субъекта истории на человека как носителя духа, превратившегося в работе “Дух и реальность. Основы Богочеловеческой духовности” (1937 г.) в экзистенциального субъекта. “В терминах экзистенциальной философии он нашел себе оружие для своей извечной борьбы за свободу духа, которая достигла теперь предельного радикализма в отрицании всякого объективного мира, всякой онтологии, статики, даже бытия, как отвердевших и окаменевших состояний подлинной реальности - духа”, - писал Федотов в рецензии на эту книгу.

Говорить о прямом воздействии идей Бердяева на европейских философов было бы неосторожно. Его идеи о несотворенной свободе, о нужде Бога в человеческом участии, его эсхатологизм воспринимались, быть может, с недоумением и совсем не усваивались. Зато совершенно положительно Бердяев принимался как историк “русской идеи” и критик “русского коммунизма”. В любом случае рядовому интеллигентному читателю импонировали цельность религиозного и нравственного сознания философа, его бескомпромиссная борьба за абсолютную ценность личности.

Есть множество суждений об этапах духовной эволюции Бердяева (у В. Зеньковского, Н. Полторатского, Д. Степуна и др.), каждое из которых имеет свои основания. Ермичев А. А. считает существенным сделать два замечания. Во-первых, основной набор идей был подготовлен Бердяевым в его раннем персонализме 1904-1905 гг., был связан с христианством в период “нового религиозного сознания” и уже затем раскрывался на протяжении его жизни. Во-вторых, временем окончательной ориентации на экзистенциального субъекта как на центр бытия следует считать переход от книги “Я и мир объектов” (1934 г.) до работы “Дух и реальность” (1937 г.). С этого времени философию Бердяева можно считать сложившейся.

В 1939 г. разразилась вторая мировая война. Ожидания Бердяевым последнего единоборства сил добра и зла, кажется, оправдывались. Он думал, что такой лихорадочный темп событий мировой истории продлится до конца 20 века и не ошибся. Как всегда философ много работает. В 1939 г. им закончена книга “О рабстве и свободе человека”. Декабрем 1941 г. он помечает окончание “Опыта эсхатологической метафизики”. В 1944-1945 гг. он написал “Экзистенциальную диалектику божественного и человеческого”. В 1940 г. стареющий мыслитель завершает работу над книгой “Самопознание. Опыт философской автобиографии”, рассматривая ее как своеобразный итог своего творчества. Это уникальный по форме и содержанию труд, аналогов которому нет во всей мировой литературе. Вот как характеризовал его сам автор: “В книге, написанной много о себе, не будет выдумки, но будет философское познание и осмысливание меня самого и моей жизни. Это философское познание и осмысление не есть память о бывшем, это есть творческий акт, совершаемый в мгновении настоящего. Ценность этого акта определяется тем, насколько он возвышается над временем, приобщается ко времени экзистенциальному, то есть вечности”.

Тяжело переживал Бердяев нападение Германии на Советский Союз, он никогда не переставал верить в нашу победу. После освобождения Парижа от немецких оккупантов у Бердяева завязываются тесные контакты с антифашистской и просоветской эмигрантской организацией “Русский патриот”. По окончании войны философ будто бы собирался возвратиться на Родину. От этого гибельного шага его удержало выступление А. А. Жданова против М. М. Зощенко и А. А. Ахматовой.

Еще во время войны Бердяев начал работу над “Русской идеей”, в которой осмысливает особенности нашей истории и своеобразие русской мысли и национального характера. Он ощущает себя до мозга костей русским человеком. “Несмотря на западный во мне элемент, я чувствую себя принадлежащим к русской интеллигенции, искавшей правду. Я наследую традиции славянофилов и западников, Чаадаева и Хомякова, Герцена и Белинского, даже Бакунина и Чернышевского (несмотря на различие миросозерцаний), более всего - Достоевского, Толстого, Владимира Соловьева и Н. Федорова. Я русский мыслитель и писатель. И мой универсализм, моя вражда к национальному - русская черта”.

В 1947 г. Бердяеву было присвоено почетное звание доктора Кембриджского университета.

23 марта 1948 г. в пригороде Парижа, Кламаре, философ скончался за письменным столом в собственном доме, завершив незадолго до смерти свою последнюю книгу “Царство духа и царство кесаря”.

Широкий ум, огромная эрудиция, несомненно философский дар определяли внутренний мир Бердяева, в каком-то смысле все его книги есть повесть о самом себе, о своих сомнениях и трагических конфликтах. Чуткая совесть, глубокая человечность, жажда идеала - немедленного и бескомпромиссного, - сообщали мысли Бердяева глубину, тонкость, - и все же он везде и всегда остается самим собой. Особой чертой творчества Бердяева является то, что в нем чрезвычайно сильна стихия публицистики. Элементы публицистики у него очень тесно сплетаются с проповедью, с устремленностью к будущему, всегда в них есть элемент «дидактический». Бердяев всегда учит, наставляет, обличает и зовет, всегда в нем выступает моралист. Он обладал исключительным даром синтеза, благодаря чему впитал в себя самые различные влияния. Владимир Соловьев и Несмолов, Розанов и Мережковский из русских мыслителей ярче всего сказались в творчестве Бердяева, но не менее сильно было и влияние Достоевского, что отмечает и сам философ. Из иностранных мыслителей больше всего повлияли на Бердяева Шопенгауер, Ницше и Беме, но он глубоко впитал в себя и основные идеи трансцендентализма. [14].

Писать о Бердяеве сложно - этому препятствует ряд обстоятельств . Специфика творчества самого Бердяева - необычайно широкий диапазон затрагиваемых проблем, резко выраженная индивидуальность стиля, в котором соперничают друг с другом философ и публицист, мыслитель и художник. Проза Бердяева - яркая, нервная, временами почти безабзацная, с множеством повторов, с возвратом к сказанному - способна волновать и раздражать. Надо учесть также необычайную плодовитость Бердяева; по словам Н. Полторацкого, «для Бердяева писать было как физической потребностью». Это объясняет, почему оценки творчества Бердяева в историко-философских исследованиях далеко неоднозначны. Признание его заслуг перед отечественной и мировой философией сопрягается с укором по поводу того, что он был пленником разнообразных его «страстей» и «иррациональных движений». [20].

«В центре моей мысли всегда стояли проблемы свободы, личности, творчества, проблемы зла и теодицеи, т. е. в сущности, одна проблема - проблема человека, его назначения, оправдания его творчеством», - писал Бердяев.

Личность.

Подытоживая свою собственную философскую эволюцию, Бердяев писал: ”Я углубил свой персонализм, идею центрального и верховного значения личности”. Человеческая личность как тайна мира, как “микрокосм” всегда была в фокусе его философского внимания.

Для характеристики человека как индивидуального феномена Бердяев использует два термина - индивидуум и личность. Индивидуум есть натуралистическая, прежде всего биологическая категория; есть часть рода и подчинен роду. Индивидуум есть также социологическая категория, и в этом качестве он подчинен обществу, есть часть общества. Индивидуум отстаивает свою относительную самостоятельность, но принужден рассматривать себя как часть («один из»), он не может противопоставлять себя целому, как целое в себе.

12345678

Название: Бердяев: проблема человека, его назначения, оправдания его творчеством
Дата: 2007-06-10
Просмотрено 27871 раз